Растворился в любви к детям

Published on Monday, 25 October 2021 14:18

На православном священнике лежит двойная миссия и ответственность – он отец в миру и отец в церкви. В душе он, как и обычный человек, безоговорочно любит своих детей и переживает за них. Пять лет назад наш герой – настоятель храма в честь Святой Троицы в Тимашево Юрий Анатольевич Ломако (отец Георгий) – похоронил супругу, которая была для него и женой, и другом, и помощником. Пережить трагедию помогли дочери, он буквально растворился в любви и заботе к ним.

Божий призыв к священнослужению пришёл к Юрию Анатольевичу в зрелом возрасте. Ему было 33 года, когда он поступил в Самарскую духовную семинарию. Этому судьбоносному решению предшествовал долгий и сложный путь. Вспоминая его, наш герой понимает, что с самого детства незримая Божья рука вела его к церкви, подсказывая истинное предназначение в жизни.

Детство моего собеседника прошло на Украине, в родном городе Днепродзержинске. То были советские времена, когда шло гонение веры и кощунственное разрушение церквей. В городе все храмы были под замком, но Юрий вместе с бабушкой раз в неделю ездили в областной центр в кафедральный собор Святой Троицы. Праздничные богослужения на Рождество и Пасху остались самыми тёплыми и яркими воспоминаниями из детства.

Родившийся и проживший всё детство и юность в городе, мой собеседник душой тянулся к сельскому быту, наверное, поэтому и выбрал своей будущей профессией зоотехнию. И вот что интересно, в центральной усадьбе колхоза-миллионера, где работал Юрий Анатольевич, стояла церковь. Видимо, в своё время большевикам не хватило сил её доломать – устояли только стены, окон и крестов не было, купола, заваленные землёй, обросли деревьями. Однако трудовой путь нашего героя в сельском хозяйстве оказался недолгим, пришла перестройка, перевернувшая жизнь всей страны с ног на голову.

– «Не дай вам бог жить в эпоху перемен» – этой фразе великого китайского мудреца Конфуция уже более 2 500 лет, и с ней не поспоришь. Страшно вспомнить «перестройку», когда всё вокруг рушилось, и не только материальные ценности, но и моральные, – рассуждает о событиях прошлого Юрий Анатольевич. – Из сельского хозяйства пришлось уйти, зато сбылась мечта детства – я стал машинистом. Мой старший брат учился в Куйбышевской военно-медицинской академии и после её окончания остался работать в Самарской области. Маме, приехавшей наведать его, случайно на глаза попалась православная газета «Благовест». В ней она прочитала статью о Блаженной Марии из Кинель-Черкасс, известной своим даром прозорливости, и решила съездить к ней. Во время встречи Мария Ивановна сообщила, что оба её сына станут священнослужителями – это был промысел Божий. Она же и нашему митрополиту Самарскому, тогда еще молодому Сергию, предсказала высокий духовный сан. Так я попал в первый набор открывшейся духовной семинарии в Самаре, а годами позже брат ушёл из медицины и пришёл на службу в церковь. В свои 33 года я все ещё был не женат, просто потому что не встретил своего человека, родную душу. Мне рассказали об одной девушке, она тоже из Украины, химик по образованию, умница, красавица и рукодельница. Словом, по одному только описанию уже влюбился в неё. Но самое главное – совпадали наши цели и взгляды на жизнь, девушка была верующая и тянулась к церкви. Я съездил на Украину, а обратно в Самару вернулся уже с матушкой Еленой. Настоятелей в храмах катастрофически не хватало, и меня вскоре рукоположили и направили на службу. Приходилось буквально разрываться между храмами в Отрадном, Тимашево и одного из сёл Кинельского района. Всюду за мной следовала матушка Елена. Когда мы окончательно осели в Тимашево, вместе создавали Божий храм практически с нуля. Уверен, что не случайно дорога вновь привела меня в храм в честь Святой Троицы. Вместо старого прихода, ютившегося в здании бывшего детского сада, нам выделили более просторное помещение, где когда-то размещался клуб. С Еленой мы прожили 21 год, она была для меня и женой, и другом. Её наполняла какая-то космическая энергия, за что бы она ни бралась, любое дело в её руках горело. Первое облачение она сама пошила для меня, глаз ночами не смыкала – это была поистине ювелирная работа.

В начале духовной службы, когда жить приходилось буквально на колёсах, у супругов попросту не было времени на то, чтобы задумываться о детях. И вот, наконец, чудесное ожидание первенца. Тогда матушке Елене исполнилось 35 лет, возраст немолодой, поэтому были определённые переживания, как пройдут роды. Будущие счастливые родители поехали всё к той же Блаженной Марии Ивановне. Она, благословив, дала лоскутную кофточку. В ней матушка благополучно родила здоровую дочь Марию. Девочка росла очень энергичным ребёнком, хорошо училась в школе, участвовала во всех общественных мероприятиях. Как-то раз она заявила родителям, что ей скучно и хочется сестрёнку. Слова запали в душу родителям, и они всерьёз стали задумываться о том, чтобы взять в семью ребёнка. В один из визитов Юрия Анатольевича в службу семьи, специалист обмолвилась, что есть девочка с непростой судьбой, однако на тот момент ещё шёл процесс лишения родительских прав её матери. С трудом удалось нашему герою уговорить показать хотя бы фотографию девочки. Увидев большие красивые глаза ребёнка, в которых отражались вселенская грусть и тоска, он понял, что это родной человечек. К своим юным семи годам Вероника уже вдоволь натерпелась. Юрию Ломако с супругой потребовалось время, чтобы отогреть детское сердце, но в целом девочка быстро адаптировалась в семье. Мария, которая старше на 4 года, взяла сестрёнку под свою опеку. Но вот учиться ребёнок категорически не хотел. Больших трудов стоило матушке Елене, чтобы убедить младшую дочь серьезно относиться к учёбе. Старания родителей оказались не напрасны. Сейчас девочка подросла, обучается на четвёртом курсе Похвистневского педагогического училища и готовится стать учителем начальных классов. Старшая дочь Мария получила экономическое образование и работает в туристической сфере.

Пять лет назад семью потрясло невосполнимое горе – ушла из жизни матушка Елена. На Юрия Анатольевича легла двойная ответственность за девочек.

– Потеряв мать, дочки стали заметно серьёзнее, повзрослели на глазах. Именно дети помогли мне пережить эту трагедию, я растворился в заботах о них. При жизни супруга больше занималась девочками, и душа у меня была всегда спокойна. Но когда случилась беда, осознал, что кроме меня у них больше никого нет, – откровенничает отец. – Переживаю за них сильно, даже когда, казалось бы, нет повода. И, конечно, горжусь дочерями. Никогда не воспитывал детей в духовной строгости, считаю, что храм должен быть для ребёнка местом радости, а не пытки. Девочки ходят в храм, с уважением относятся к духовным традициям. Когда в их жизни происходит что-то важное, они не ищут совета на стороне, а обращаются ко мне, знают, что я их люблю и желаю добра. Между нами есть доверие и понимание – и это самое главное.

Н.ГЛАЗКОВА.