Влюблённые в небо

Завтра, 18 августа, будет праздноваться День Воздушного флота России. Отмечают его представители одной из самых романтичных профессий – пилоты. Однако авиация – понятие более широкое – она держится на консолидированном труде целого ряда специалистов-техников, инженерного состава, радиотехников, военных врачей и т.д. За эффектной картинкой кроется сложный, колоссальный труд, сопряженный с постоянными физическими и моральными нагрузками. Сегодня мы расскажем о тех людях, которые посвятили жизнь авиации – служили в вертолетном полку или в системе ДОСААФ и остаются преданы профессии.

Влюблённые  в  небо

Рожденный летать

Иван Григорьевич Лаптев приехал в Кинель-Черкассы молодым летчиком-инструктором. В детстве он, как и многие мальчишки, мечтал подняться высоко в небо и взглянуть на землю с высоты птичьего полета. Но лишь для немногих эта мечта стала реальностью. Ивану фортуна улыбнулась, наверное, само небо выбрало его.

– Моя семья жила в Белгородской области, над нашим селом проходила пилотажная зона. Все детство деревенских мальчишек было пропитано романтикой авиации – мы засыпали и просыпались под гул самолетов. То, как летчики виртуозно владеют многотонной машиной, приводило нас в восторг, – с былым мальчишеским азартом рассказывает собеседник. – Мой профессиональный путь был предопределен уже тогда. После десятилетки я поступил в Волчанское специальное училище летчиков-инструкторов на реактивное отделение. Мас­терству пилотажа мы обучались на реактивных самолетах чешского производства «Л-29». Без сомнения, самые яркие эмоции переживаешь во время своего первого самостоятельного полета, даже спустя столько лет могу с абсолютной точностью назвать этот день – 24 июня 1973 года. Страха не испытывал, скорее было чувство волнения. После трехлетнего курса обучения в 1975 году меня и еще пятерых моих товарищей направили в Кинель-Черкасский учебный центр ДОСААФ.

Конечно, будучи курсантом училища, а по сути, еще совсем молодым парнем, Иван Лаптев и не думал о том, что ему самому придется готовить будущих летчиков, он просто хотел летать. Но, как показала жизнь, обучение летному мастерству стало его призванием. За 17 лет работы летчиком-инструктором мой собеседник подготовил сотни пилотов и гордится своими выпускниками – одни отправились на срочную службу в армию, другие ушли в гражданскую авиацию. В первый год работы в ДОСААФ ему пришлось осваивать «МИГ-17» и «МИГ-15». Помогал ему в этом первый командир звена Петр Егорович Ширнин. Преемственность поколений – одна из добрых традиций коллектива. В 1983 году, когда у МИГов вышел ресурсный срок, а это почти 30 календарных лет, их списали, и летный состав вновь пересел на «Л-29», которые эксплуатировал вплоть до 1992 года. На веку Лаптева сменились несколько командиров, но он уверен, по-настоящему серьезная подготовка, максимально приближенная к военной, началась с приходом Олега Минниадиевича Минорова:

– По его инициативе стали отрабатывать ночные вылеты, внедрять радиолокационную систему посадки, проводить перехват воздушной цели в темное время суток, имитировать атаку. В 90-е структуру ДОСААФ расформировали. Меня в 37 лет отправили на пенсию. Кто моложе – ушли в гражданскую авиацию, я не проходил по возрасту. Непросто было пережить этот период. Потом по примеру товарищей пошел в дорожную службу и по сей день работаю в ДСУ прорабом по строительству. Конечно, скучаю по былым временам. Авиация навсегда осталась в моем сердце, небо, самолеты – их невозможно разлюбить.

 

Влюблённые  в  небо

«Самое тяжелое в нашей работе – ждать»

Так говорил один из героев легендарного фильма Леонида Быкова «В бой идут одни старики» – механик Макарыч. Непрос­тое бремя ответственности и волнения за каждый полет знакомо и Евгению Григорьевичу Блинову, в свое время возглавлявшему технико-эксплуатационную часть при ДОСААФ.

Путь в авиации он начинал с должности техника, хотя его профессиональная карьера могла сложиться иначе, если бы…не маленький рост и вес, из-за которых коренного кинель-черкассца, грезившего небом, не приняли в летное училище.

– История нашего села неразрывно связана с авиацией. Хорошо помню, как в 1956 году в Кинель-Черкассы прилетел полк из Порт-Артура и мы с ребятами бегали смотреть на тренировки летчиков морской авиации. В 1961 году вся страна с ликованием встретила первый полет Юрия Гагарина в космос. Все эти события сыграли колоссальную роль в воспитании мальчишек.

В 60-м году полк расформировали, на смену ему пришел учебно-авиационный центр ДОСААФ. В наследство от военных летчиков осталась материальная часть, для обслуживания которой требовались техники, однако специалистов не хватало. Евгения и еще трех товарищей направили в Саранск в центральную объединенную летно-техническую школу ДОСААФ. А уже в 1963 году он вернулся в родное село, будучи профессиональным техником, в звании младшего лейтенанта запаса и проработал здесь пять лет. Потом была армия и годы службы в военных гарнизонах – Ленинградском военном округе, Забайкалье, Германии, Среднеазиатском округе. И все это время верной спутницей моего собеседника была супруга Алевтина Алексеевна. Будучи медицинским работником и разъезжая с мужем по гарнизонам, не всегда получалось найти работу по профессии, но она не стеснялась браться за любое дело – была швеей, канцеляршей, авиамехаником, делопроизводителем сек­ретной части. И конечно всегда очень переживала за мужа.

– Когда происходили несчастные случаи, на аэродром спешили жены летчиков и техников. «Кто разбился?» – волновало одних. «Чей самолет?» – не находили себе места другие, – с замиранием сердца вспоминает Алевтина Алексеевна. – В Забайкалье ремонтировали технику при 40-градусном морозе, страшно вспомнить, как муж возвращался домой с посиневшими руками.

Подготовка самолета к вылету – кропотливая, трудоемкая, точно выверенная процедура. Это сложная и захватывающая внутренняя «кухня» авиации. Ответственность авиатехника сложно переоценить, она просто огромна, любая ошибка или оплошность может стоить человеческой жизни. Все – каждый винт, каждая деталь, каждый элемент – должны быть на своем месте. За годы службы Евгений Блинов изучил всю систему самолета, как свои пять пальцев.

На малую родину он вернулся в 1985 году и продолжил работать начальником ТЭЧ в ДОСААФ, где в скором времени получил звание майора. В его подчинении работали полсотни специалистов.

– ТЭЧ – это своего рода маленький завод. Что скрывать, порой технику разбивали, были случаи, когда нам из двух самолетов приходилось собирать один, – повествует о тонкостях любимой работы собеседник. – Нужно было тщательно следить за состоянием агрегатов и их выработкой.

До сих пор с болью в сердце он вспоминает развал системы и то, как ему пришлось практически резать списанные самолеты. Из 76 бортов лишь 4 смог забрать Вяземский учебный центр, остальные пошли на металлолом.

Любовь к самолетам передалась сыну Евгения Григорьевича Валерию, он воплотил мечту отца в жизнь и стал летчиком. Сегодня династию Блиновых достойно продолжает внук Антон, студент четвертого курса Череповецкого высшего военного инженерного училища радиоэлектроники, который избрал для себя инженерную профессию в авиации.

 

Влюблённые  в  небо

На его счету сотни спасенных жизней

Имя врача-анестезиолога-реаниматолога Кинель-Черкас­ской ЦРБ Сергея Александровича Полыгалова известно многим, но не каждый знает, что в гражданскую медицину он пришел с колоссальным опытом военного врача.

Свой профессиональный выбор Сергей сделал, ни секунды не сомневаясь. Военная медицина в то время стремительно развивалась и была перспективна.

Дипломированного выпускника Самарскго медицинского университета рапсределили в Германию, где на тот момент дислоцировалась группа советских войск. Там он возглавил медицинский пункт ракетной бригады, но непреодолимое желание заниматься лечебным делом и нереализованный потенциал врача, не давали ему покоя. Спустя два года мой собеседник прошел специализацию по анестезиологии и перешел в медсанбат. Вскоре был назначен начальником отделения реанимации. Так прошли 5 лет на чужбине. Сергей Полыгалов скучал по родным краям и попросил перевести его поближе к дому, так ему предложили службу в Северо-Кавказском военном округе, в городе Грозный.

– Я был единственным военным анестезиологом и одновременно работал в военном гос­питале и в медсанбате. Это был 1988 год, тогда Грозный и вся Чечня процветала. Безоблачная жизнь рухнула с распадом СССР и приходом к власти в Чечне Джохара Дудаева. Вскоре начались беспорядки, национальные распри. Меня вновь перевели, на сей раз в Ростовскую область, в госпиталь. Доводилось лечить и военных пенсионеров, и солдат срочной службы и офицерский состав. Нередко требовалось выезжать в соседние районы. Шел поток раненных из Чечни. Сергей с головой ушел в работу и сутками пропадал на дежурствах. Оттуда он вернулся в Кинель-Черкассы, где к тому моменту уже базировался вертолетный полк, прибывший из Грузии. Полыгалова назначили на должность начальника медицинской службы, но организаторские обязанности мешали ему заниматься лечебной деятельностью, к которой у него было врожденное призвание. Чтобы не терять квалификации, он устроился в районную больницу анестезиологом, и это совершенно не мешало ему держать на личном контроле состояние здоровья каждого офицера и солдата в вертолетном полку. Каждого он знал в лицо, помнил особенности здоровья и характера. Сергей Полыгалов всегда обращал внимание, если летчик толком не отдохнул перед вылетом или чем-то расстроен. Все это впоследствии могло стать причиной повышения давления и прочих сбоев в организме и в конечном итоге привести к трагическим последствиям.

Перед каждым вылетом мой собеседник осматривал летчиков и выдавал допуск к полетам. Не исключением были случаи, когда на основе рекомендаций военного врача командир полка принимал решение и отстранял офицера или солдата от полетов. Некоторые поначалу обижались на, как им казалось, излишне щепетильное отношение врача, но позже благодарили, ведь таким образом он спасал им жизнь. Военный врач в полку – фигура уважаемая, с почетом к Сергею Александровичу относились, как рядовые, так и офицерский состав.

Спустя 8 лет, в 2001 году, мой собеседник окончательно перешел в гражданскую медицину, но бывшие офицеры по старой памяти обращаются к нему, безоговорочно доверяя и прислушиваясь к советам.

Военный врач даже в мирное время живет с тревожным чемоданчиком, чтобы в случае необходимости в тот же миг оказаться там, где погибают люди, ломаются судьбы, рушатся целые города. Их благородную миссию сложно переоценить, а за их тяжелый труд, сотни спасенных жизней – низкий поклон.

Н.Глазкова

Фотографии из галереи

Мы любим спорт!
Image Detail
Лыжная гонка на...
Image Detail
Мы любим спорт!
Image Detail
Лыжная гонка на...
Image Detail
Лыжная гонка на...
Image Detail