90-е – какими мы их запомнили

Их называют «лихими»: безработица, рэкет, дефицит… Эти слова первыми приходят на ум, когда речь заходит о 90-х. Но за суровой оболочкой эпохи скрывалось что-то ещё – искренность, простота, живые эмоции – сегодня они кажутся почти утраченной роскошью. Сотрудники и ветераны «ТЖ» делятся воспоминаниями о том времени. А я, на правах автора, начну, пожалуй, с собственных.

«Барби, «Москвич», плёночный «Кодак»»

Моё детство и школьные годы пришлись как раз на 90-е. И да, я рискую быть забросанной тапками, но этот период оставил в моей памяти исключительно светлые воспоминания. Возможно, всё дело в юном возрасте, житейские тяготы меня не касались. Мы жили в посёлке, где не было разгула криминала, как в крупных городах. У родителей была стабильная работа. Маме платили зарплату регулярно, у отца случались перебои, но позже всё выплатили сполна. Большую роль играло своё хозяйство – огород, овощи, фрукты, мясо и молочные продукты – всё своё, натуральное, вкусное, сытное. Это была хорошая опора в непростое время.

Как вспоминают родители, на прилавках магазинов были и продукты, правда по талонам, и вещи, но, чтобы достать обувь, одежду, колготки – очередь занимали с вечера. Люди даже с работы отпрашивались, чтобы не пропустить её. По субботам – традиционный выезд на рынок в Отрадный. Это был целый мир – от свежих продуктов до одежды. Никаких маркетплейсов – ты выбирал вещи вживую, щупал ткань, торговался, слушал истории продавцов. До сих пор удивляюсь, как они выдерживали зиму. Целый день на морозе! Вот это выдержка, вот это закалка!

Честно говоря, я не хотела бы учиться в школе сейчас – тогда было как-то проще, душевнее. Школьная программа – понятная, адекватная, без лишней гонки за результатами. После школьных занятий по телевизору шли детские передачи – тот же «Зов джунглей», мультики, сказки. Посмотрев их, брались за уроки. А когда начинались сериалы, всё замирало – люди бросали дела, собирались у экранов, а потом горячо обсуждали новую серию. Это было время общего переживания, когда вся страна жила одними историями. Как мы, дети 90-х, обходились без смартфонов? Легко! После школы договаривались встретиться, решали, кто за кем заходит – и вперёд, на поиски приключений. Игры, споры, гонки на велосипедах…

Ещё одна радость детства – магазин «Детский мир» в Отрадном. Игрушки, куклы, яркие коробки с настольными играми… У меня всегда было то, чего хотелось. В ТОПе у девочек 90-х была кукла Барби, их у меня насчитывалось несколько штук.

Я с детства была ярой меломанкой. Специально копила деньги, чтобы купить аудиокассеты, сборники и альбомы любимых групп. Из музыкальных ларьков звучали хиты «Божьей коровки», Кая Метова, Андрея Губина, «Руки вверх!», «Иванушек».

У нас одних из первых в посёлке появился видик. Родственники приходили к нам смотреть кассеты – это был настоящий праздник. Позже купили музыкальный центр с цветомузыкой, колонки переливались разными цветами. Каждое такое приобретение было событием.

Сейчас мало кто печатает фото – всё хранится в смартфонах и облаках. Тогда у нас был плёночный «Кодак». Снимки отвозили на проявку в фотоателье в Отрадный, и ожидание готовых фотографий сопровождалось трепетным волнением. Каждый кадр был ценным, каждый альбом – летописью семьи. Эти фотографии до сих пор хранятся у нас, и в них есть душа.

Помню, как отец пригнал наш первый семейный автомобиль – «Москвич». Я полдня не вылазила из салона, разглядывала всё, представляла, куда мы поедем. Радость была неимоверная! Или поездки на мотоцикле ИЖ. Я сидела в люльке, ветер свистел в ушах, а мы ехали за ягодами в посадки. Это были моменты свободы, счастья, беззаботности.

Татьяна  Боярских.  «Контрасты  молодости»

Начало 90-х я встречала школьницей на Севере – и, к счастью, путч и экономический кризис обошли наш край стороной. Однако совершенно другая картина открылась в 1992 году, когда я отправилась учиться в Тюмень. Пять лет – с 1992 по 1997 годы – стали для меня временем контрастов – сложным, тревожным, но удивительно живым и запоминающимся.

Приехав в город, первым делом бросилась покупать резиновые сапоги. Причина была проста – асфальтированы были только центральные улицы, а окраины, где мы снимали жильё подешевле, утопали в грунтовке. Вокруг строились новые микрорайоны – повсюду траншеи, перекопанная земля и почти никаких магазинов.

Утро студента начиналось с битвы за место в автобусе. Он шёл перекошенным набок от количества пассажиров, и нужно было проявить чудеса ловкости, чтобы успеть запрыгнуть внутрь. Университет находился за городом, а такси в те годы было роскошью, недоступной для нашего студенческого кошелька. Подработать тоже не получалось, по всей стране шли массовые сокращения.

По вечерам город изменялся не в лучшую сторону. Улицы плохо освещались, и прогулка в одиночку могла обернуться неприятностями. Шапку-формовку – модный и недешёвый аксессуар – могли запросто снять с головы. Мы с девчонками быстро усвоили правило безопасности и вечером передвигались только группами. Так было спокойнее. В магазинах не всегда находились нужные товары, а повседневная жизнь требовала изобретательности и стойкости.

Но, несмотря на трудности, 90-е остались в памяти ещё и как эпоха ярких образов и смелых экспериментов. Это был мир перламутровой помады, голубых перламутровых теней, стрелок на веках и начёсанных чёлок. Мини-юбки, колготки в сеточку и заветные шапки-формовки, на которые родители всё-таки находили возможность раскошелиться. На дискотеках гремели хиты «Ласкового мая» и «Кар-Мэн» – и под эти ритмы мы танцевали, забывая о проблемах.

Сейчас, оглядываясь назад, я понимаю: те годы были непростыми. Но это была моя молодость – со всеми её страхами, вызовами, открытиями и радостями. Мы учились быть сильными, находчивыми, ценить дружбу и радоваться мелочам. С однокурсницами мы дружим до сих пор.

Любовь  Гущина.  «Крутились  как  могли»

Времена были непростые – порой доходило до того, что заработную плату месяцами не выдавали. Но жизнь шла своим чередом, и нужно было двигаться вперёд, несмотря ни на что. С 1990 по 1995 годы я работала кассиром в колхозе имени Калинина, а мой муж Сергей – водителем в «Агропромтрансе». Те годы запомнились нам как время резких перемен: колхозы начали разваливаться, привычный уклад рушился на глазах. Но мы не опустили руки – решили попробовать себя в торговле и стали «челноками», катались в Москву, чтобы привезти оттуда вещи, которые потом продавали.

При этом мы ещё и держали полный двор скотины. Главное – нужно было растить детей. Дочь как раз окончила школу, и перед нами встала важная задача – дать ей возможность получить профессию. Сын в это время ещё учился в школе, заботы множились, и мы крутились как могли, чтобы обеспечить семью и дать детям всё необходимое.

Но даже в этой круговерти находились моменты радости и отдыха. Мы трудились на даче, выбирались на природу – простые радости помогали перезагрузиться. А поездки на юг оставались недосягаемой мечтой, в те годы такие путешествия казались чем-то почти сказочным.

Одной из ярких страниц того времени стала история с покупкой «Нивы». С машинами в те годы было непросто, и каждая такая сделка превращалась в настоящее приключение. Мы нашли старенькую «Ниву» в Борском, но хозяин упёрся – не хотел продавать машину, а предлагал обменять её на мотоцикл «Урал» с кузовом. Что делать? Мы отправились в Самару, купили новый «Урал», отогнали его в Борское – и только тогда смогли забрать заветную «Ниву». Правда, машине требовался серьёзный ремонт. Сергей вместе с соседом немало времени и сил вложили, чтобы привести её в порядок.

А ещё те годы запомнились сплочённостью. Мы часто виделись с родственниками, ездили друг к другу в гости, а на даче работали с друзьями – слаженно, весело.

Юлия  Котомать.  «Дефолт,  ваучеры  и  индийские  песни»

Я родилась в 1988 году в одном городе, приравненном к районам Крайнего Севера. Застала целый список негативных событий в стране, но верить в людей не перестала.

Крупное событие начала 90-х годов – дефолт, и да, хоть и мало мне было лет, но меня эта беда тоже коснулась. Родители периодически дарили деньги малыми суммами, а я копила их, потому что мама сказала, если наберу определённую сумму, то куплю ту куклу, на которую уже давно положила свой детский глаз. Помню, что выпросила у мамы кошелёк и каждый рубль, подаренный мне, складывала в него. И ведь накопила! Я сияла как медный тазик и ждала похода в тот заветный магазин за дорогущей импортной куклой. А потом наступил день, когда родители были очень расстроены и куда-то резко засобирались. Оказалось, деньги в стране обесценились и все пытались успеть потратить накопления. Мы не успели. А я на свои сбережения купила только пачку жвачек. Эх, и обидно было! Я не понимала, как так! В руках кошелёк с деньгами, а купить практически ничего не можешь. Ну прямо как сейчас, когда цены в магазинах больше похожи на номера телефонов.

Через несколько лет подобная ситуация случилась с ваучерами, это такие денежные чеки, вроде акций, на которые можно было много что купить. Также в один день они преврати­-лись в ненужную бумагу. На кучу этих когда-то ценных бумаг вместо желаемой мебели домой купили мне набор настоящего ниндзя. Смотря на выражение лица папеньки, мне было понятно, что он сам не прочь покрутить нунчаками в сторону тех, кто в этом виноват.

Но было очень много хорошего, что до сих пор вспоминается с трепетом. Помню, люди вокруг были добрыми, улыбкой встречали в магазинах, в больнице. Было как-то спокойно на душе.

Позднее мы переехали в Кинель-Черкассы, на родину мамы и её родственников. Днём я училась в школе, вечером уроки и часок свободы – прогулок на улице с подругами. Мы устраивали концерт мальчишкам. Помните ли вы индийский фильм «Танцор диско» так, как помню его я? Мы пели «Джимми, Джимми, ача, ача» на весь двор, да ещё и несколько раз, пытаясь перепеть запись на кассете и перетанцевать актрису – главную героиню.

Потом были сериалы, ради которых уроки делались со скоростью света, ведь пропустить серию «Дикого ангела» было нельзя! А про сериал «Клон», который шёл уже в начале 2000-х, я вообще молчу! 250 серий я посмотрела не дыша, помирая от зависти к главной героине, в которую были влюблены красивые, умные мужчины – Саид и Зейн.

Детьми мы толпой ходили на пикники, жарили картошку на костре, играли в казаки-разбойники, вышибалы и в «Джон». Эмоции захлёстывали! Казалось, весь мир за нас и всё хорошее впереди. Сколько было планов…

Мама рассказывала, что ей за хорошую работу ещё до моего появления государство подарило квартиру. Так поощряли хороших работников организаций, заводов и т.д. У людей был стимул работать ещё лучше. Кредитной кабалы не было. Люди не отдавали всю получку на погашение процентов. И я, наивная, думала, что когда вырасту – тоже заработаю. Но, увы, теперь виды поощрения за хорошую работу близко не стоят с теми, что были когда-то. Считаю, в большинстве своём это и стало причиной того, что сейчас такие озлобленные люди. Они просто несчастны. Посмотрите советский фильм «Иван Бровкин на целине». Все дружили, друг другу помогали строить дома, а сейчас большинство думает, как выжить и вырастить детей. Хочется верить, что улыбки вернутся на лица людей, а жизнь станет НАСТОЯЩЕЙ, когда каждый день в радость.

Н.Глазкова